Гримасы «сухого закона», или Вологодские «спиртоносы». Ч. 2

(Окончание. Начало – см. «Гримасы«сухого закона», или Вологодские «спиртоносы». Ч. 1»

…Что ни вечер – «Кукарача»!

Что ни утро, то аврал!

Но случилась незадача –

Я докку́мент потерял!

Александр Галич, «Рассказ, который я услышал в привокзальном шалмане»

Итак, искомый спирт получен, бутелирован, упакован в бочки, в которых по документам числится сельдь, и погружен на две барки. Суда следуют от Великого Устюга по реке Сухоне в Вологду. Там планируется перегрузка товара в вагоны для транспортировки по Северным железным дорогам. Г-н Лопатто лично руководит перевалкой, но отправляет «груз 5 000» не в Туманный Альбион, а в Москву и Петроград. И первая партия товара благополучно прибывают в северную столицу.

Успех!

Предприниматели активно продолжают свою деятельность.

Но тут вдруг случается незадача. На Николаевском вокзале Питера одна из бочек с мнимой сельдью разбивается, и оттуда градом сыплются бутылки. Следует команда по телеграфу, и незамедлительно в Вологде арестовывается вся партия. Внезапно при аресте судов уполномоченный принять товар… стреляется.

Далее мы ещё спросим себя – а почему, собственно? Да, деньги огромные, да, подакцизный товар, да, нарушение. Но не казнят же! Ну, каторга, ну, фронт…

Столь неординарная ситуация, естественно, привлекла внимание кого следует. Началось расследование инцидента. Выяснив происхождение спирта – великоустюжский казённый винный склад – эти самые кто следует направляют в Вологду комиссию для дознания.

Г. Вологда, вокзал, начало ХХ в.

Высадка такого представительного – из самого Питера – правоохранительного десанта не могла не всполошить махинаторов. И когда комиссия на другой день после приезда вознамерилась осмотреть подозрительные барки на предмет поиска улик – одно из суден «случайно»… сгорело.

Хозяева барки тут же устраивают вавилонский плач: ой, гвалт, усё пропало, увесь нажитый непосильным трудом товар! Между тем, дальнейшее расследование показывает, что перед пожаром под покровом ночи спирт был тайно перегружен и отправлен по железной дороге куда подальше.

Г. Вологда, речной причал, конец ХІХ в.

Берётся «за душу» незадачливый британец Чарльз Дикс. А тот – в отказ, мол, ай нот есть ай, энд пентхауз из нот майн! Все претензии ту мистер Лопатто.

Расследование берёт в свои крепкие руки назначенный в декабре 1916 года вологодский губернатор Александр Викторович Арапов (1872 – 1929 гг.). Резонно рассудив, что раз следствие установило умышленный поджёг барки со спиртом с целью скрыть хищение, то сгорит и вторая, стоящая рядом с хозяйственными постройками. Что представляет немалую угрозу инфраструктуре порта. Поэтому он обращается в акцизное ведомство с просьбой принять арестованный спирт на хранение. Там отказываются, мотивируя это тем, что склады переполнены.

Г. Вологда, Дом губернатора, начало ХХ в.

Тогда губернатор принимает соломоново решение – спирт уничтожить! Чины полиции прорубают во льду Сухони прорубь и выливают туда… уже 30 000 вёдер полученного по сомнительным документам пойла. Сколько же тогда вывезли под прикрытием пожара? Думаю, около этого. А сколько арестовали на Николаевском вокзале Питера? А в рублях?..

Спирт вылит в прорубь, но… под лёд не идёт – растекается поверху. И, как мухи на повидло, привлечённые запахом вожделенной халявы, к реке сбегаются жители окрестностей. Сбегаются спасать, собирать заветное «лакомство».

Итак, как пишет «Киевлянин» №38 за 1917 год со ссылкой на газету «Русское Слово», «Похищенный спирт уничтожили, а герои этой истории пока не только не пострадали, но и по-прежнему благоденствуют, уповая, вероятно, что в их деяниях не найдётся «состава преступления»». Кем и почему не найдётся? – спросим от себя. 

И вот здесь мы возвращаемся к застрелившемуся приёмщику нелегального спирта. А может, кому-то в министерстве, в акцизном ведомстве, в среде спиртовых гешефтмахеров было выгодно его молчание? Суммы-то ого-го! Что, если его запугали, и он счёл самоубийство меньшим злом, чем сдачу правосудию? У человека могли быть близкие люди, на чувствах к которым сыграли главные лица этого скандала. А может, всё-таки не он, а его? Уж слишком неудобный свидетель.

И кто потом разбирался в этом деле? Ведь до Февральской революции оставалось всего ничего. А там… В полиции тряслись уже не за места даже, но за собственные свободу и жизнь – а ну, как какой-нибудь борец с режимом вспомнит притеснения и решит посчитаться. Губернатора А. В. Арапова, вон, уже 25 февраля 1917 года Временное правительство под домашний арест упекло. Ещё легко отделался – всего до 6 марта просидел…

Завершая наше повествование, зададимся ещё одним вопросом: сколько же всего было прокручено спирта – и в вёдрах, и в рублях – только этими махинаторами? На какой по счёту партии трест лопнул? А сколько подобных трестов было в «Единой и Неделимой»? Думаю, узнав обо всём этом, Аль Капоне съел бы свою шляпу. И сигару вдобавок.

Аль Капоне, «Король бутлегеров» славного города Чикаго

Правда, интересно?

Ваш Женечка